Конец конфликта
Еще в конце 2024 года Гайана казалась инвесторам чем-то экзотическим и крайне рискованным. Главным сдерживающим фактором был не климат или экономика, а тень Николаса Мадуро. Его претензии на регион Эссекибо (две трети территории Гайаны) висели над страной, отпугивая крупные капиталы.
Однако ситуация изменилась. Арест Мадуро не просто сменил режим в Каракасе — он перекроил геополитическую карту Южной Америки. Гайана, избавившись от экзистенциальной угрозы, мгновенно превратилась из «серой зоны» в одну из самых горячих инвестиционных точек планеты.
Экономическое чудо в цифрах
Гайана сегодня — это самая быстрорастущая экономика в мире.
- Рост ВВП: За последние семь лет экономика страны выросла в семь раз.
- Прогноз на 2026 год: Ожидается дальнейший рост на 19,3%.
- Золотая лихорадка: Канадская компания Omai Gold Mines — яркий пример успеха. Всего несколько лет назад её капитализация составляла 90 млн канадских долларов. Сегодня это 1,3 млрд.
Фактор ExxonMobil
Если золото — это приятный бонус, то нефть — это хребет нового гайанского процветания. Блок Стабрук (Stabroek Block) стал золотой жилой для корпорации ExxonMobil (владеет 45% акций проекта).
- К 2030 году на долю Гайаны будет приходиться 14% всей добычи Exxon и почти 28% её международной добычи.
- Себестоимость добычи здесь невероятно низка. Даже при цене $65 за баррель, активы в Гайане будут генерировать около 3,9 млрд долларов свободного денежного потока ежегодно в период с 2026 по 2030 годы.
От экзотики к мейнстриму
21 января 2026 года банк UBS опубликовал 28-страничный отчет «Глубокое погружение в Гайану» (Guyana Deep Dive). Для частного инвестора это важный сигнал: когда крупнейшие инвестиционные банки начинают выпускать фолианты о некогда забытой стране, это означает, что стадия «скрытого потенциала» пройдена. Тема стала официальным мейнстримом.
Тот факт, что UBS уже пишет отчеты, говорит о том, что «сливки» первой волны (как в случае с десятикратным ростом Omai Gold Mines) уже сняты. Однако вторая волна — развитие инфраструктуры, банковского сектора и сферы услуг внутри Гайаны — только начинается. Если политическая стабильность после ухода Мадуро сохранится, Гайана может стать «Дубаем Южной Америки».
Самые большие деньги делаются там, где страх (угроза со стороны Венесуэлы) блокирует здравый смысл. Теперь, когда страх ушел, на смену ему пришел расчет, и Гайана официально заняла свое место на инвестиционной карте мира.
Что в итоге:
1. Геополитическая премия за риск Арест Мадуро — это ключевой «триггер». Рынки ненавидят неопределенность больше, чем плохие новости. Пока существовала угроза аннексии Эссекибо, дисконт на гайанские активы был огромен. Сейчас мы видим процесс «переоценки», когда этот дисконт исчезает, и цены на акции местных игроков (нефть, золото, инфраструктура) стремятся к их справедливой стоимости.
2. «Проклятие ресурсов» или «Путь Сингапура»? Гайана сейчас находится в опасной, но захватывающей точке. С таким взрывным ростом ВВП (в 7 раз за 7 лет!) страна рискует столкнуться с «голландской болезнью». Главный вопрос для долгосрочного инвестора: сможет ли правительство Гайаны конвертировать нефтяные доллары в устойчивые институты, дороги и образование, или же деньги осядут в карманах новой элиты? Пока что динамика выглядит позитивно, но приток гигантских денег в маленькую страну — это всегда тест на прочность.
3. Роль ExxonMobil как квази-государства Интересно наблюдать, как судьба одной из крупнейших корпораций мира становится неразрывно связанной с судьбой маленькой латиноамериканской страны. 28% международной добычи — это колоссальная зависимость. Для инвестора это означает, что покупка акций Exxon теперь — это во многом ставка на стабильность в Джорджтауне.